Главная Где  бывали Что  видали Посудная лавка O...pus'ы

Дежа вю, или Мечта паразитки

Гран Канария — 2008

 

Фотоальбом  Весенний  сон

Оглавление


Пролог

    Однажды Грета проснулась в холодном поту: ей приснилась красная юбилейная адресная папка — с золотыми цифрами в центре и похоронным цветочком внизу. Полдня она потела у плиты, весь вечер слушала сладкие речи, полночи мыла посуду...
    Насилу уговорив себя, что до этого события ещё надо дожить, она так и не смогла заснуть, повторяя как мантру:
    — В деревню, в глушь, в Саратов...

    Юбилейное событие приближалось, сон стал повторяться с пугающей частотой и развитием побочных сюжетов: количество гостей увеличивалось, соседи делились табуретками и дарили шоколадки.
    «Хоть спать не ложись», — думала она, летая по ночам над Канарскими островами.
    Вирус, подхваченный на Тенерифе, житья не давал никакого. Иммунитет упал до нуля, злорадно ожидая рецидива.
    И однажды она увидела барханы — мягкие горки золотого песка, по которым она скакала, как малолетняя, размахивая руками, расшвыривая песок ногами. Никогда раньше — ни во сне, ни наяву — она не испытывала такого счастья: она знала, что СБ её видит, что он рядом, но у неё было ощущение абсолютной оторванности от всей своей жизни.
    С тех пор очередной остров в океане — Гран Канария — стал её мечтой.
    И в тот последний вечер в Риме, когда, рухнувшие за столик уличной кафешки, они всматривались в жёлтые пятна на чёрном фоне, — развешенные, расставленные, приоткрытые, — у неё сам собой возник вопрос:
    — А где тебе было душевнее: на Тенерифе или здесь?
    — На Тенерифе, конечно, — мгновенно ответил СБ, обрадовав её и облегчив ей выбор его подарка к её юбилею, поскольку местонахождение той деревни, куда ей так хотелось смыться через пару месяцев, было для неё очевидным.
    А тут ещё и тарелка с Канарскими островами грохнулась в ночи, озадачив мистической дилеммой: то ли островá накрываются для них медным тазом на веки вечные, то ли — кровь из носу! — надо возвращаться туда, дабы восстановить статус-кво в "Посудной лавке".
    Дилемма   все   нервы  измотала,  пока  в  самый  последний  момент  не  смилостивилась  — "... летите, голуби, летите!"